Разделы

На правах рекламы:

Доверительное управление управляющая компания Альфа-Капитал.

стеклофибробетон характеристики

Уборка после ремонта цена Гарантия. Послегарантийное обслуживание. Лучшее соотношение « цена-качество».


ПЕРЕДЕЛ собственности "по-российски": что это такое и как ему противостоять.

Дерек Блюм
Кирилл Ратников
Константин Осипов
Сергей Арешев

Данная статья опубликована в журнале «Финансовый аналитик» (март 2003 г.)


Авторы благодарят Дмитрия Некрасова, сотрудника московского
офиса «Кудер Бразерс ЛЛП», за помощь в подготовке настоящей статьи.


«Нам необходим такой суд, который уважают и в стране, и за ее пределами…
Эффективная судебная система…нужна для того, чтобы у отечественных
и иностранных компаний не возникло сомнений в ее авторитете и действенности»
В.В. Путин, Президент Российской Федерации
Из Послания Президента Федеральному собранию РФ, 2002 г.

 

В России происходит беспрецедентный передел собственности – захватываются как отдельные заводы, так и огромные холдинги, контролирующие целые отрасли народного хозяйства. Можно говорить о второй, «теневой» приватизации, которая осуществляется не государством, а рядом олигархических групп путем изъятия у законных собственников акций приватизированных компаний и, где это возможно, у государства акций в стратегических предприятиях, включая реструктурируемые отрасли. На практике основным способом поглощений в современной России стало использование судебной власти и «административного ресурса», благодаря которым владелец контрольного пакета акций в одночасье может лишиться своих предприятий и сделанных в них инвестиций. Для обслуживания данной модели поглощений создана инфраструктура, состоящая из нескольких фирм, специализирующихся на разработке схем силового захвата компаний и, предположительно, на подкупе судей и чиновников. Данная практика, по нашему мнению, вредна для государства, делает Российскую Федерацию непривлекательной для многих стратегических инвесторов, дискредитирует судебную систему страны и проводимые Президентом В.В. Путиным рыночные реформы.

В статье мы сравниваем, как должны совершаться сделки слияний и поглощений по действующему законодательству, с тем, как они во множестве случаев реализуются на практике, и приводим наши предложения по реформе законодательства, направленной на искоренение коррупции и установку барьеров на пути захватчиков чужой собственности.

1. Предусмотренные законодательством формы слияний и поглощений компаний в России

Российский закон «Об акционерных обществах» предусматривает возможность объединения (слияния и поглощения) компаний любым из следующих четырех способов:

1. присоединения общества к другому обществу (ст. 17 Федерального закона «Об акционерных обществах» (Закон об АО) и др.);
2. слияния общества с одним или несколькими другими обществами (ст. 16 Закона об АО и др.);
3. приобретения всех акций или контрольного пакета акций общества (ст. 80 Закона об АО о приобретении 30 и более процентов обыкновенных акций общества и др.);
4. приобретения всех или практических всех активов общества.

Эти формы проведения корпоративных сделок предполагают выполнение ряда юридических требований в отношении:

(i) крупных сделок согласно приведенному в законодательстве определению;
(ii) сделок с заинтересованностью согласно приведенному в законодательстве определению;
(iii) наличия у акционеров права потребовать оценки принадлежащих им акций;
(iv) наличия у акционеров преимущественного права на приобретение дополнительных акций;
(v) наличия у акционеров права потребовать выкупа принадлежащих им акций;
(vi) соблюдения требований российского антимонопольного законодательства;
(vii) соблюдения требований российского законодательства о ценных бумагах.

Средства правовой защиты, предусмотренные перечисленными разделами законодательства, имеют целью, помимо прочего, обеспечить получение акционерами рыночной стоимости их вложений в акции обществ, являющихся объектом приобретения, даже если приобретение является «враждебным».

Этот момент очень важен для инвесторов. В США, к примеру, операции слияния и присоединения компаний (mergers and acquisitions) не только не запрещены, но и весьма широко распространены, в том числе и «squeeze-out mergers». Цель последних состоит в «вытеснении» миноритарных акционеров путем принуждения их к продаже принадлежащих им акций за определенную посредством оценки рыночную стоимость (т.н. «право несогласных» – «dissenters' rights»).

Проблема, связанная с большинством проводимых сегодня в России сделок слияния и присоединения (поглощения) обществ, заключается в том, что потенциальные покупатели не хотят платить рыночную цену за то, что они намереваются приобрести. Вместо этого покупатели стараются завладеть чужим имуществом, заплатив за него лишь малую часть его реальной стоимости. См. Раздел 2 ниже.

1.1. Присоединения и слияния

Требования Закона об АО

Слияния и присоединения представляют собой формы реорганизации, которые могут быть осуществлены только после утверждения советами директоров и тремя четвертями акционеров приобретающего лица и объекта приобретения.

При этом утверждению подлежат условия реорганизации, договор о присоединении/слиянии; также необходимо подготовить сопутствующую документацию. В случае присоединения необходимо внести изменения в устав общества, продолжающего свою деятельность по завершении сделки. В случае слияния избирается новый совет директоров. Если сделка квалифицируется как крупная или «сделка с заинтересованностью», необходимо обеспечить выполнение дополнительных требований законодательства.

Антимонопольное министерство

Согласно статье 17 Федерального закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности» сделки присоединения или слияния обществ, активы которых в совокупности превышают 200 000 минимальных размеров оплаты труда (примерно 650.000 долларов США) подлежат предварительному утверждению Министерством по антимонопольной политике.

В течение 45 дней после проведения собрания акционеров, утвердившего сделку присоединения (слияния), акционеры участвующих в сделке акционерных обществ, которые не голосовали за присоединение, имеют право потребовать от общества выкупить принадлежащие им акции по рыночной цене.

При предъявлении подобного требования общество обязано выкупить акции в течение 30 дней после окончания указанного 45-дневного периода.

1.2. Приобретение акций

Согласно российскому законодательству, приобретение контрольного пакета акций акционерного общества, число акционеров которого превышает 1000, влечет за собой возникновение у приобретателя ряда обязательств, в частности, по обеспечению соблюдения прав существующих акционеров.

Сюда относится уведомление акционеров о предстоящей сделке и осуществление ими права требовать выкупа принадлежащих им акций.

В отдельных случаях, если сделка по приобретению представляет собой крупную сделку или сделку с заинтересованностью согласно приведенным в законодательстве определениям, российское законодательство предусматривает особый порядок утверждения операций покупки и продажи акций. В отношении приобретения акций и активов (как у акционера, владеющего контрольным пакетом, так и дополнительно выпущенных акций) также действуют особые положения антимонопольного законодательства, требующие предварительного утверждения сделки Министерством по антимонопольной политике или уведомления этого министерства о факте совершения сделки, если она соответствует определенным критериям.

Акционерное общество, приобретающее более 20% голосующих акций другого акционерного общества, обязано опубликовать сведения о таком приобретении, а также сведения о последующих операциях приобретения акций той же компании, если предметом последующего приобретения являются более 5% голосующих акций.

Таким образом, слияние и присоединение, а также покупка 30 и более процентов обыкновенных акций акционерного общества в России – сложный процесс, часто связанный со значительными расходами для приобретающей стороны.

2. «Силовые поглощения»: как это делали в России в 2002 году и продолжат делать в 2003 году

С целью обойти вышеперечисленные требования действующего корпоративного законодательства, значительно удешевить процесс поглощения, разработано множество методов и схем. Следует отметить, что данные методы и схемы, по нашим данным, используются в подавляющем большинстве случаев поглощений «по-российски», и представляют собой реальную альтернативу сложным и дорогостоящим процедурам, предусмотренным Законом об АО.

Большая часть данных методов связана со злоупотреблениями в российских судах и подкупом государственных чиновников и использованием их в качестве «орудий», с помощью которых компании-захватчики получают акции и активы у законных владельцев против их воли за малую часть их реальной стоимости. Наиболее распространенные сегодня в России сценарии «силового поглощения» компаний носят признаки организованной преступности. «Силовые поглощения» предположительно сопровождаются дачей взяток судьям, чиновникам (за действия и бездействие, невыполнение своих служебных обязанностей), судебным приставам, запугиванием, угрозами и даже физическим насилием и пр. Данная практика нашла отражение в ряде публикаций в российской и зарубежной прессе. Известно о возбуждении против ряда лиц уголовных дел. В прессе описываются прецеденты, когда против компаний-захватчиков и их руководства, российских граждан, начато судебное производство в США по законодательству о коррупции и рэкету (RICO suits), а представителям компаний-захватчиков (и ряду связанных с ними лиц) отказано во въездных визах в ряд зарубежных стран. Данная практика угрожает экономике и репутации России, а также препятствует привлечению в ряд отраслей иностранных и отечественных инвестиций.

Сценарий 1. «Силовые поглощения» с использованием привилегированных акций для получения контрольного пакета, создание системы двойного менеджмента и реестра, использование судебных определений и решений и «административного ресурса»

Как заполучить контрольный пакет акций, если компания-захватчик владеет крупным пакетом обыкновенных акций (неконтрольным) и привилегированных акций и хочет избавиться от акционера, владеющего контрольным пакетом?

Стратегия включает в себя восемь этапов.

(1) Компании-захватчику необходимо созвать внеочередное собрание акционеров (ВСА) без ведома акционера, владеющего контрольным пакетом акций, и принять два решения: (i) о конвертации привилегированных акций, принадлежащих компании-захватчику, в обыкновенные (голосующие) акции; и (ii) о выборе нового совета директоров из представителей компании-захватчика В данном сценарии внеочередному собранию акционеров, инициированному компанией-захватчиком, могут предшествовать еще несколько этапов в зависимости от размера пакета обыкновенных акций компании-захватчика и других обстоятельств, включая специальные правила одобрения конвертации акций по уставу..
Согласно российскому законодательству ВСА может быть созвано решением совета директоров (СД) по требованию акционеров, владеющих 10% акций. Уведомление о таком ВСА и его повестке дня должно быть направлено всем акционерам. Тем не менее в рамках наиболее вероятного сценария существующий СД не будет уведомлен, и акционер, владеющий контрольным пакетом, также не будет поставлен в известность о созыве ВСА и, таким образом, не сможет проголосовать против вынесенных на ВСА решений, описанных в подпунктах (i) и (ii) выше. Другой способ не допустить акционера, владеющего контрольным пакетом акций предприятия, к голосованию на ВСА - получить определение или решение суда, запрещающее ему голосовать на собрании (о технологии см. ниже).

На практике компания-захватчик обычно инициирует судебные злоупотребления в целях подтверждения законности решений, принятых на ВСА, посредством получения определений или решений региональных судов. (В качестве истцов могут использоваться миноритарные акционеры, включая специально созданные для этой цели компанией-захватчиком (через подставных лиц) юридические лица, владеющие одной или несколькими акциями компании-цели). В результате само ВСА и принятые на ВСА решения будут как бы иметь законную силу до того, как эти определения и решения будут отменены или их исполнение приостановлено. Компания-захватчик может использовать так называемый «административный ресурс» для того, чтобы оттянуть на максимально возможный срок слушания по жалобам в порядке надзора, поданным на такие решения. Нам известен случай затягивания пересмотра дела в суде в одном из регионов Росси в течение полугода по разным основаниям (до принятия нового процессуального законодательства). Вначале председатель суда, принесший протест в порядке надзора, ушел в отпуск (отложение пересмотра дела на месяц). Затем этот же судья взял продолжительный больничный (дело в его отсутствие рассматривать отказывались). После больничного председатель суда отозвал свой протест. Далее свой протест на то же самое решение принес прокурор и т.д. Данная практика вероятно скоро станет невозможной, так как новые Арбитражный процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы (последний вступит в силу с 1 февраля 2003 г.) предусматривают, в частности, право лиц участвующих в деле обжаловать вступившее в законную силу решение суда в порядке надзора (Глава 36 АПК РФ) и обратиться с надзорной жалобой на решение суда (Глава 41 ГПК РФ), а также устанавливают сроки рассмотрения соответствующих заявлений. В результате ВСА появится второй совет директоров, подконтрольный бывшему миноритарному акционеру.

(2) Второй СД, изберет нового Генерального директора общества, а в некоторых случаях – даже откроет офис для нового руководства.
(3) Компания-захватчик (через подставных лиц) возбудит ряд судебных исков и получит судебные акты, подтверждающие законность назначения нового Генерального директора и т.д. До того как эти судебные акты будут оспорены, компания-захватчик будет иметь возможность утверждать, что все ее действия были законными.
(4) Компания-захватчик попытается взять предприятие под фактический контроль, и, опираясь на определения суда, попытается захватить предприятие с помощью вооруженных сотрудников частных охранных предприятий или ОМОНа. Нам известны случаи, когда попытки силовых захватов осуществлялись в отсутствие судебных определений. Попытки захвата предприятия якобы новым менеджментом могут осуществляется неоднократно.
(5) Компания-захватчик попытается воспрепятствовать поставкам на предприятие исходного сырья с помощью различных судебных решений и определений (зачастую вынесенных по искам, возбужденным миноритарными акционерами в регионах России). Эта стратегия, в случае ее реализации, «парализует» работу предприятия. Нам известен случай, когда было вынесено несколько судебных решений и определений, запрещающих железным дорогам перевозить продукцию российского комбината, подвергшегося атаке со стороны «захватчика», запрещающих таможенным органам производить экспортную очистку продукции комбината. В одном случае на Черном море даже были арестованы суда, перевозившие продукцию комбината за рубеж.
(6) Компания-захватчик может попытаться арестовать банковские счета компании и прекратить отгрузку продукции. Для этой цели используются определения судов.
(7) Компания-захватчик попытается взять под свой контроль реестр акционеров общества и назначить нового регистратора. Компания-захватчик также может получить определения и в ряде случаев решения судов, обеспечивающие законность выбора регистратора. Компания-захватчик (сама или через миноритарных акционеров, подчас заявляющих совершенно абсурдные требования) может возбудить до 50 и более исков в разных регионах, включая Чечню. При этом захватываемая компания даже не будет о них знать. Иски часто нужны для получения определения суда о принятии мер по обеспечению иска (например, запретить работу законно избранного совета директоров или генерального директора). После того, как определение регионального суда предъявлено к исполнению, дело можно закрывать. Очевидно, что миноритарные акционеры при этом состоят в сговоре с компанией-захватчиком.
(8) Компания-захватчик попытается взять предприятие под фактический контроль. Для того, чтобы сломить сопротивление, будет наложен запрет на поставки исходного сырья и экспорт продукции, что повлечет прекращение производства на несколько месяцев, будет также перекрыт доступ к банковским счетам общества.
Вышеописанный процесс «поглощения» будет сопровождаться массированной негативной PR-кампанией, представляющей «старых» акционеров и руководство захватываемой компании бесполезными, якобы приведшим предприятие к плачевному финансовому состоянию (часто компании-захватчики прибегают к так называемому «черному пиару», включая анонимные публикации в сети Интернет). В данной статье не обсуждаются вопросы «информационной коррупции», включая часто используемую компаниями-захватчиками технологию «блокировки» ряда СМИ (по соглашению с компанией-захватчиком конкретное издание отказывается публиковать любую информацию, отражающую позицию руководства компании – цели «силового поглощения» и т.п.), а также технологии «взлома» компанией-захватчиком (нанятыми ей структурами) интернет сайтов компаний-целей. Нам известен случай такого «взлома» корпоративного сайта, сопровождающийся несанкционерованным размещением на интернет сайте компании-цели пресс-релизов пресс-службы компании-захватчика.

Себестоимость описанной в сценарии 1 стратегии поглощения будет довольно низкой по сравнению со сделкой приобретения, проведенной в полном соответствии с требованиями Закона об АО. Для компаний среднего бизнеса (их акции, как правило, не котируются на биржах и существенно недооценены) себестоимость поглощения для «хищника» может составить сумму в тысячи раз меньшую, чем если бы поглощение осуществлялось по закону.

Сценарий 2. «Силовые поглощения» с использованием российского законодательства о банкротстве для приобретения активов компании

До сегодняшнего дня самой распространенной стратегией являлся захват активов компаний, включая компании с государственным участием, посредством выкупа их долгов, создания ситуации, в которой погашение долгов становится невозможным, возбуждения процедуры банкротства и получения активов в счет погашения долга. В частности существуют модели «искусственного увеличения долга» компанией-захватчиком (в ряде случаев используется вексельная схема). В ряде случаев имел место сговор с отдельными менеджерами (либо представителями государства в органах управления) атакуемого предприятия, которые стали поддерживать компанию-захватчика. Новое законодательство о банкротстве, помимо прочего, позволит дебиторам погашать свою задолженность и избегать процедуры банкротства.

В свете принятия нового законодательства о банкротстве, к сожалению, далекого от идеала и изобилующего противоречиями, не известно насколько эффективной данная стратегия захвата окажется в будущем. Следует дождаться правоприменительной практики.

Сценарий 3. «Силовое поглощение» с использованием миноритарных акционеров и российского приватизационного законодательства для захвата акций

Как получить контроль над компаниями, контрольный пакет акций которых принадлежит холдинговой (материнской) компании, при том что с момента их приватизации прошло несколько лет?

Выбранная компанией-захватчиком стратегия оспаривает сам факт приватизации.

Сначала никому не известное физическое лицо в отдаленном регионе России покупает (а иногда создает видимость покупки) несколько акций объекта стратегии (компании-цели). Затем этот миноритарный акционер подает в суд по месту своего жительства судебный иск, результатом которого должно стать изъятие и продажа акций компании-цели, принадлежащих контролирующему акционеру (холдинговой (материнской) компании), другой компании, аффилированной с «захватчиком». Все судебные документы очевидно подготовлены компанией-захватчиком, а избранный «орудием» стратегии миноритарный акционер появляется в суде или просто оформляет доверенность, предоставляя другим лицам заявить от его имени иск к компании-цели.

Миноритарный акционер может заявить о том, что контролирующий акционер якобы нарушил свои инвестиционные обязательства, которые он принял на себя при приватизации компании несколько лет назад.

Будет получено решение суда о том, что инвестиционные обязательства не были выполнены, несмотря на имеющиеся письменные подтверждения российских государственных органов (заключения РФФИ, Счетной Палаты и др.) о том, что контролирующий акционер (холдинговая компания) своевременно выполнил все взятые на себя инвестиционные обязательства.

Суд, при наличии достаточной заинтересованности, может вынести заочное решение по делу без рассмотрения каких-либо доказательств и не уведомляя ответчика о возбуждении дела по такому иску. Нам известны случаи «уведомления» ответчиков путем направления судами пустых конвертов, которые вручаются под расписку сотрудникам канцелярии ответчика либо направление повестки по заведомо неправильному адресу. Отметка о доставке такого заказного письма является для суда доказательством «должного» извещения ответчика о слушании дела. На слушании по данному делу истец будет представлен юристами компании-захватчика или нанятыми ей специалистами.

Тем самым ответчик в нарушение Конституции и процессуального законодательства лишается возможности присутствовать в суде и представить доказательства в свою защиту. Если бы суд выслушал ответчика (компанию, владеющую контрольным пакетом акций компании-цели), все доводы истца были бы признаны несостоятельными. Таким образом, необходимым элементом схемы является предотвращение любой возможности присутствия ответчика на слушании дела и затягивание рассмотрения любой жалобы или протеста на принятое решение на максимально возможный срок, чтобы «захватчик» успел получить объект стратегии под свой контроль до того, как жалобы или протест будут рассмотрены.

Незамедлительно после завершения такого судебного разбирательства и получения благоприятного для «захватчика» решения суда, акции, принадлежащие контролирующему акционеру, могут, скорее всего, быть сразу проданы заранее выбранному покупателю, связанному с компанией-захватчиком. Компания-захватчик, заручившись поддержкой службы судебных приставов и/или соответствующего подразделения Российского Фонда федерального имущества (РФФИ), организует продажу акций дружественному ей лицу без публикации объявления, проведения аукциона и даже без уведомления существующего контролирующего акционера (путем проведения комиссионной продажи). Следует отметить, что акции, как правило, оцениваются ниже их реальной стоимости, а денежные средства, поступившие в оплату акций замораживаются на счете в банке, подконтрольном «захватчику», на основании судебных определений или решений по абсурдным искам.

Сделка направлена на то, чтобы сохранить за компанией-захватчиком право на оспаривание любых действий контролирующего акционера и поставить между ним и существующими акционерами государственное учреждение или третье лицо, с тем чтобы «захватчик» имел возможность заявить, будто бы он является добросовестным приобретателем и якобы ничего не знает об обстоятельствах, в результате которых акции были выставлены на продажу. В данном случае компания-захватчик пытается использовать понятие «добросовестный приобретатель», закрепленное в Гражданском кодексе, в качестве щита.

Далее миноритарный акционер исчезает. Контролирующий акционер узнает о решении суда лишь после истечения срока, предусмотренного для обжалования соответствующих судебных актов (то есть он будет лишен возможности обжаловать решение суда и будет принужден ходатайствовать о пересмотре дела в порядке надзора). Акции к тому моменту уже вероятнее всего будут проданы компании-захватчику или подконтрольному ей лицу.

После этого компания-захватчик проведет ВСА подобно сценарию 1, на котором будет избран новый совет директоров, который назначит нового Генерального директора. Приобретатель попытается использовать схему, описанную в рамках сценария 1, для того, чтобы взять предприятие под свой фактический контроль. Стратегия компании-захватчика также будет предусматривать использование так называемого «административного ресурса» для отсрочки проведения слушаний в порядке надзора на главное, первое решение суда по иску миноритарного акционера.

В рамках этой схемы силового поглощения приобретатель, помимо прочего, постарается по возможности получить контроль над реестром акционеров компании и (также при наличии возможности) вывести существующего регистратора «из игры».

В одном известном нам случае реестр был изъят судебным исполнителем по определению суда общей юрисдикции (не имевшего права рассматривать данное дело) в обеспечение иска потенциального акционера – приобретателя пары акций компании. Данный гражданин требовал привезти реестр по своему месту жительства (другой субъект федерации), так как в этом случае ему будет легче зарегистрировать сделку по приобретению акций. Реестр был изъят у законного регистратора судебным исполнителем, которого сопровождали вооруженные представители «захватчика», и передан другому регистратору (дружественному «захватчику»). На следующий день оферта на продажу контрольного пакета акций, принадлежавших менеджменту компании, была выставлена в сети Интернет. Утверждалось, что контрольный пакет акций предприятия якобы менеджерам уже не принадлежит. В случае успеха данной схемы, ее дальнейшая реализация пошла бы, как в вышеописанных сценариях.

Следует отметить, что в современной России сложно найти примеры цивилизованных поглощений, в которых соблюдаются буква и дух закона. На практике подавляющее большинство случаев поглощений осуществляется с использованием «административного ресурса». Имеют место атаки и на иностранных инвесторов, владеющих существенными пакетами акций в предприятиях различных отраслей. Безнаказанность «захватчиков» и зачастую пассивность властей развращает деловое сообщество. Мы видим зарождение нового этапа передела собственности - использование судебных определений для устранения конкурентов на приватизационных конкурсах и аукционах Мы знаем о прецеденте, широко освещаемом в СМИ, когда с помощью судебного определения по абсурдному иску гражданина от участия в приватизационном аукционе была отстранена крупнейшая российская компания, которая была готова предложить за продаваемый пакет акций значительно больше, чем выигравшая на аукционе компания-покупатель. После проведения аукциона истец, что и следовало ожидать, отказался от иска. Существуют опасения, что в будущем многие приватизационные аукционы, проводимые с использованием данной технологии, будут иметь предсказуемый результат - бюджет не досчитается многих миллионов долларов. Россия по сути возвращается в период «дикой приватизации», когда происходило «распределение среди своих»., создание альянсов неопытных в «силовых захватах» бизнес-групп с уже поднаторевшими в этом деле «первопроходцами» на условиях раздела прибыли, попытки использования механизмов «силового поглощения» для изъятия пакетов акций, принадлежащих государству и субъектам федерации.

Однако деловому сообществу не следует забывать, что каждое успешное предприятие, развивающее производство, получающее прибыль, совершенствующее корпоративное управление, открытое для инвесторов и нацеленное на биржевой листинг, может завтра стать мишенью нечистоплотных «захватчиков». Если не сломать порочную практику силовых захватов, судебные приставы в сопровождении охраны в масках завтра ворвутся еще во многие двери.

Опыт показывает, что «захватчики» в целом не являются более успешными менеджерами, чем хозяева захватываемых ими предприятий. «Силовые поглощения» предприятий часто сопровождают: вывод самых лакомых активов и финансовых ресурсов (необходимых компаниям-захватчикам среди прочего и для финансирования новых поглощений); создание монополий и, как следствие, снижение или полное отсутствие в ряде отраслей конкурентного рынка и, как следствие, рыночных цен на их продукцию. Создаваемые компаниями-захватчиками объединения отличает низкая прозрачность и один из самых низких в России уровней корпоративного управления. В ряде публикаций описывался случай захвата комбината компанией-захватчиком на несколько месяцев, после чего «захватчики» вернули его законным владельцам. В течение этих месяцев со счетов комбината исчезло более 20 миллионов долларов США, рабочим не платили зарплату, были заключены кабальные контракты поставки производимой комбинатом продукции.

Мы не раз слышали о некой «высокой цели», которую преследуют компании-захватчики и их руководители (правда, публично они ее пока не сформулировали). Их цель на данном этапе, как нам кажется, заключается в «выдавливании» из бизнеса контролирующих акционеров ряда успешных предприятий стратегических отраслей промышленности вышеописанными методами, включая (где возможно) государство и субъекты федерации, и, как результат, в получении полного контроля над этими отраслями. С приобретением финансовой власти в регионах, где расположены поглощаемые предприятия, компании-захватчики и их руководители очевидно будут пытаться подчинить себе региональную власть (данная стратегия уже исполняется в ряде регионов), а затем, возможно, и существенно усилить свое давление на принятие решений федеральной властью.

В этот переломный для страны момент необходимы скорейшие жесткие действия Президента России и его администрации, Правительства, Парламента, руководства Верховного и Высшего Арбитражного судов и делового сообщества по изменению действующего законодательства, реальной борьбе с коррупцией и произволом, сопровождающими «силовые поглощения». Олигархи должны быть не только равноудалены от Кремля, но и действовать в едином «правовом поле» как на федеральном, так и на региональном уровнях. Исполнители «силовых поглощений» и их методы передела собственности должны подвергнуться остракизму со стороны делового и банковского сообщества. Иначе очень скоро Россия может превратиться в государство, где господство права, уважение и эффективная защита государственной и частной собственности, здоровая конкуренция и свободное предпринимательство станут исключением из правила. С утратой этих фундаментальных основ рыночной экономики приходит разруха и организованная преступность, тотальная безнаказанная коррупция и бандитский произвол, из страны бегут инвесторы и, как следствие, нищает население, падает престиж государства в мире.

3. Наши предложения по реформированию законодательства

3.1. Борьба с коррупцией в судейском корпусе

Судебная система России тяжело больна. Это признает Президент России. В Послании Федеральному Собранию 3 апреля 2001 г. он констатировал, что «отечественная судебная система на практике мало помогает проведению экономических преобразований…не только для предпринимателей, но и для многих людей, пытающихся законно восстановить свои права, суд так и не стал ни скорым, ни правым, ни справедливым». Г-н Путин отметил, что «войны претендентов на собственность не прекращаются даже после принятия судебных решений, а сами решения часто основываются не на законах, а на давлении заинтересованных сторон». Мы согласны с Президентом, что «наряду с теневой экономикой у нас уже формируется и своего рода теневая юстиция». Более того, теневая юстиция в ряде регионов уже полностью сформировалась. «Силовые поглощения» практически всегда сопровождаются решениями и определениями судей из одних и тех же регионов. Секрет прост – «захватчики» имеют в этих регионах большой вес, в них расположены их крупнейшие предприятия, на ключевых постах работают ими поставленные чиновники, «карманные» судьи. Эти маленькие государства в государстве защищают своих «героев». Нам не известен ни один судья, выносивший незаконные решения и необоснованные определения в этих регионах для поддержания «силовых поглощений», который бы был лишен своих полномочий квалификационными коллегиями судей, не говоря уже о привлечении таких судей к уголовной ответственности за взяточничество. Один из самых активных судей, решения которого обеспечили начало двух корпоративных войн, продолжает вершить правосудие именем Российской Федерации с большой выгодой для семейного бюджета – недавно он переехал в восьмикомнатную квартиру в центре города, в котором проживает.

Реальная жесткая борьба с коррупцией в судейском корпусе должна стать первоочередной задачей руководства страны

Мы считаем, что истоки проблемы судейской коррупции надо искать, кроме прочего, в законодательстве об ответственности судей. На практике для того, чтобы судья подвергся дисциплинарному взысканию, был лишен своих полномочий, требуется решение соответствующей региональной квалификационной коллегии, принятое двумя третями голосов членов коллегии. Коллегия вправе делегировать изучение жалобы пострадавших от действий этого судьи лиц председателю суда, в котором работает судья.

На практике дела часто «затухают» на уровне председателей судов. Квалификационные коллегии очень редко соглашаются снять судью с должности (действует принцип «свои своих не сдают»). Для возбуждения уголовного дела против судьи дополнительно к решению квалифицированного большинства членов региональной квалификационной коллегии требуется решение Генерального прокурора. Такое решение – большая редкость.

Безнаказанность развращает, меняет мышление людей, вовлекает все больше участников в коррупционные схемы. Чем больше заведомо незаконных решений выносится именем Российской Федерации, тем меньше становится авторитет у государственной власти и судебного сообщества.

Мы убеждены, что многие судьи, если наказание и возможность лишиться должности будут реальны, откажутся от порочной практики, уровень коррупции в судейском корпусе снизится. Полагаем необходимым изменить систему привлечения судей к дисциплинарной и уголовной ответственности.

Решение вопросов о снятии судей с должностей и принятие решений о возбуждении против судей уголовных дел, на наш взгляд, можно было бы передать на рассмотрение одной из семи независимых специальных комиссий (часть состава которых будет представлена судьями), которые могут быть организованы в каждом из федеральных округов, где действует постоянный представитель Президента. Вынесение вопросов соответствия должности и разрешения на возбуждение уголовных дел из регионов, где на коллегии может оказываться давление губернаторами и олигархами, на уровень федеральных округов, позволит объективно, без оглядки на региональное руководство, рассматривать дела судей. Полагаем, что необходимость получать решение Генерального Прокурора на привлечение судьи к уголовной ответственности излишне усложняет процедуру. В независимые специальные комиссии можно ввести представителя Генеральной прокуратуры с правом голоса.

Мы полагаем, что законодательство должно требовать от судей и их ближайших родственников представления деклараций о доходах. Часто взятки судьям дают через родственников путем заключения контрактов на оказание последними консультационных услуг компании-захватчику или связанным с ней структурами. Подобный контроль над доходами, включая контроль за происхождением денежных средств у родственников судей, поможет выявить подозрительное обогащение судей, будет способствовать возбуждению уголовных дел и исключению из судейского корпуса судей-взяточников. Данная рекомендация в равной мере относится к судебным приставам, работникам прокуратуры и органов внутренних дел, российскому чиновничеству.

3.2. Создание специализированного Суда корпоративного управления

Возможности для «силовых поглощений» сохраняются, несмотря на принятие нового процессуального законодательства: прогноз на 2003 г.

Согласно новому процессуальному законодательству подлежат рассмотрению в арбитражных судах дела по спорам между акционером и акционерным обществом (ст. 33 АПК РФ). Таким образом, разрешение споров между миноритарными акционерами и обществами теперь находится в компетенции арбитражных судов. С учетом вышеизложенного существует большая вероятность «адаптации» («подчинения») компаниями-захватчиками арбитражных судей в ряде регионов для обслуживания схем «силовых поглощений».

Более того, на наш взгляд, сохраняются возможности для использования для «силовых поглощений» судов общей юрисдикции. Согласно п. 4 ст. 22 ГПК РФ при обращении в суд с заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подведомственны суду общей юрисдикции, другие – арбитражному суду, если разделение требований невозможно, дело подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции. Полагаем, что компании-захватчики и обслуживающие их консалтинговые структуры (сами или путем использования якобы не связанных с ними подставных лиц-истцов) будут формулировать исковые требования так, чтобы требования, подведомственные суду общей юрисдикции и арбитражному суду, было бы невозможно разделить, что при условии заинтересованности судьи приведет к предсказуемому результату – дело будет рассматриваться и разрешаться в суде общей юрисдикции.

Вместо исков миноритарных акционеров, на наш взгляд, появятся иски граждан о защите нарушенных или оспариваемых прав, возникающих из гражданских и иных правоотношений (п. 1 ст. 22 ГПК РФ). Данные дела будут, вероятно, использоваться для получения судебных определений для обеспечения исков, после чего истцы будут отзывать свои иски (см. ниже).

Создание специального Суда корпоративного управления для рассмотрения корпоративных конфликтов

Российский Союз Промышленников и Предпринимателей (РСПП) недавно создал суд чести, в котором арбитрами выступят сами олигархи. Любопытно, что «захватчики» широко представлены в этом суде. На наш взгляд, суд при РСПП не будет эффективным оружием в борьбе с «силовыми захватами». Нам кажется, что идея создания более объективного аналогичного третейского суда при Торгово-промышленной палате тоже мертворожденная, так как «захватчики» не согласятся передавать дела на рассмотрение такого суда. Они побоятся публичного разоблачения их методов объективным судом.

На наш взгляд было бы целесообразно создать специализированный суд корпоративного управления, который бы являлся частью судебной системы РФ. Юрисдикция данного суда будет обязательна для участников «корпоративных войн». Данный суд будет состоять из профессиональных независимых судей, специализирующихся в данной области. Полагаем, что наилучшим месторасположением суда будут Москва или Санкт-Петербург. Для создания такого суда нужно принять специальный конституционный закон. В законе следует определить категории дел, подлежащие рассмотрению в данном суде, и отдельные аспекты ведения процесса. Важным элементом работы такого суда было бы обеспечение публичности при отправлении правосудия, в том числе предоставление любым заинтересованным лицам доступа к определениям и решениям специализированного суда корпоративного управления посредством размещения последних на всеобщее обозрение на сайте в сети Интернет.

Следует отметить, что в России уже существуют специализированные военные суды, а законодательство о судоустройстве и процессуальное законодательство предусматривает возможность создания других специализированных судов. Успешная практика создания специализированных судов существует в ряде зарубежных стран (например, налоговые суды, суды по делам о банкротстве и пр.).


3.3. Четкое определение видов обеспечительных мер, критериев их адекватности и достаточного встречного обеспечения

На практике основным оружием компаний-захватчиков являются судебные определения об обеспечении иска по требованиям фактически нанятых ими третьих лиц. Подача подобных исков во многих судах поставлена на поток, причем подают их зачастую одни и те же люди (есть среди них и по несколько раз судимые граждане, есть и беженцы из бывших союзных республик с российскими паспортами, которые кочуют по стране и подают иски в разных городах). Мы не удивились, обнаружив в одном региональном суде, что один и тот же судья «штампует» практически одинаковые определения, обеспечивающие изъятие компаниями-захватчиками заводов, принадлежащих разным хозяевам. В обеспечение абсурдных требований этот судья запрещал компаниям совершать любые сделки с имуществом, налагал арест на акции, принадлежащие контролирующему акционеру, и все движимое и недвижимое имущество предприятия; органам управления, должностным лицам компаний и генеральному директору запрещал осуществлять полномочия и пользоваться печатью; законно назначенному регистратору вести реестр акционеров; требовал впустить «захватчиков» на предприятие. Мы видели определения вымышленных, несуществующих судов, определения, о которых якобы не знают сами судьи, определения, которые не регистрировались в канцеляриях судов и т.п. Техника, используемая компаниями-захватчиками (и их консультантами) заключается в том, чтобы после исполнения определения (фактически нанятый ими) истец отказывался от иска до рассмотрения дела по существу либо в ряде случаев сам судья отменил свое определение (после его исполнения).

На наш взгляд было бы целесообразно скорейшее внесение поправок в процессуальное законодательство РФ, направленные на борьбу с вышеперечисленными злоупотреблениями процессуальными правами.

В действующей редакции АПК РФ и ГПК РФ объективно заложена возможность для истцов, отзывающих иски, злоупотреблять правом и не отвечать за убытки, причиненные ответчикам и другим лицам в результате применения обеспечительных мер. Согласно ст. 98 АПК РФ такая ответственность наступает только после вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об отказе в удовлетворении иска. В соответствии со ст. 146 ГПК РФ ответственность истца наступает только после вступления в законную силу решения суда, которым в иске отказано; по ГПК РФ истец не отвечает перед «другими лицами», которым обеспечительные меры нанесли убытки. Полагаем, что было бы важным внести в законодательство норму об ответственности истца, отказавшегося от иска, перед ответчиком и другими лицами, которым причинены убытки обеспечением отозванного иска.

Процессуальное законодательство предусматривает, что обеспечительные меры должны быть соразмерны заявленному требованию. Соразмерность определяется судьей. Предлагаем ввести в АПК РФ и ГПК РФ четкие критерии соразмерности, чтобы существовал понятный тест, позволяющий определить необходимость, разумность и размер (в денежном выражении) той или иной обеспечительной меры.

Для прекращения существующей негативной практики представляется необходимым в процессуальном законодательстве установить обязанность истца предоставлять встречное обеспечение, равное обеспечению судом иска, чтобы истцы не злоупотребляли процессуальными правами (можно ограничить данное требование определенной категорией дел, например, делами по искам акционеров к обществу и граждан к юридическим лицам, связанным с осуществлением последними хозяйственной деятельности и т.п.). Определения об обеспечительных мерах, которые связаны с арестом движимого и недвижимого имущества, запретом поставок продукции и пр. должны, на наш взгляд, всегда сопровождаться обеспечением со стороны истца (банковская гарантия, внесение денежных средств на депозитный счет суда и др.) на случай, если ответчик потребует возмещения убытков, причиненных такими мерами. В процессуальном законодательстве должны быть установлены четкие критерии того, как суд должен определять размер встречного обеспечения, его соразмерность обеспечительным мерам. Если истец, например, просит перекрыть экспорт нефти компании, то принятию определения судьей должно предшествовать представление обеспечения, исчисляющегося десятками или даже сотнями миллионов рублей. Известны случаи, когда определением суда по иску некой гражданки (предположительно нанятой для этой цели третьим лицом), требующей в качестве обеспечения иска запрет экспорта продукции, был причинен ущерб предприятию в размере более двух миллиардов рублей. Другим определением по абсурдному иску миноритарного акционера были блокированы экспортные поставки предприятия, что привело к дефолту по экспортным контрактам и к значительным убыткам.

Положительный эффект, как представляется, имело бы введение в процессуальное законодательство правила обязательного визирования определений, связанных с арестом имущества и запретом ответчику и другим лицам совершать определенные действия по экономическим сделкам, председателем суда, в котором рассматривается дело. Можно ограничить обязательное визирование только определениями по искам миноритарных акционеров, например, владельцев менее 5 процентов акций (в «силовых поглощениях» таким акционерам принадлежит лишь по несколько акций компаний) или граждан к предприятиям. Данная мера внутрисудебного контроля будет способствовать снижению уровня коррупции, и позволит, на наш взгляд, заблокировать неадекватные обеспечительные меры во многих судах.

Процессуальное законодательство предусматривает право суда общей юрисдикции или арбитражного суда принять «иные обеспечительные меры», чем предусмотренные в ГПК РФ и АПК РФ. Иными словами судьи вправе принимать любые обеспечительные меры, какие сочтут необходимыми. Данная норма, не подкрепленная разъяснениями, на практике часто влечет злоупотребления со стороны судей. На наш взгляд в процессуальном законодательстве следует дать определение термина «обеспечительные меры», а также указать, какие вопросы обеспечительные меры могут решить, а какие вопросы требуют принятие судом решения (разрешение спора по существу). Было бы целесообразно установить в процессуальном законодательстве виды определений об обеспечительных мерах, допустимых в отношении отдельных видов исковых требований.

На практике «иными обеспечительными мерами», сопровождающими «силовые поглощения», часто являются: требование остановки производства; запрет законно избранным органам управления общества исполнять свои обязанности, пользоваться печатью, заключать от имени общества сделки; экспортировать и продавать продукцию на внутреннем рынке; регистратору передать реестр акционеров общества третьим лицам (связанным с компанией-захватчиком), запрет регистрировать в реестре сделки с акциями; обеспечить заход в помещения захватываемой компании представителям компании-захватчика и пр. Принимая подобные «обеспечительные меры», суды не изучают обстоятельства дела и доказательства, не устанавливают законность или незаконность назначения органов управления, регистратора и пр. На наш взгляд извращается само понятие обеспечительной меры, ее вспомогательный смысл, обеспечивающий исполнение будущего решения суда по конкретным вопросам. Приведем пример. В качестве меры обеспечения по иску миноритарного акционера суд требует у законно выбранного эмитентом регистратора передать реестр акционеров третьим лицам (либо регистратору компании-захватчика, либо представителям последней). Для изъятия реестра по закону должно бы быть вынесено решение суда, признающее договор регистратора с обществом недействительным. При этом передача реестра новому регистратору должна всегда осуществляться согласно правилам, установленным ФКЦБ РФ. В процессе, где оспаривается законность осуществления тем или иным регистратором своих функций, обязательно должен участвовать эмитент, который вправе представлять доказательства. Суды по сути санкционируют прекращение нормальной коммерческой деятельности собственниками предприятий, что, в свою очередь ведет к убыткам и наносит вред акционерам, нарушают букву и дух закона, который призваны соблюдать и защищать.

Все вышеуказанные предложения в равной мере следует распространить на случаи применения мер по обеспечению имущественных интересов заявителя до предъявления иска, а также мер по обеспечению исполнения судебных актов (ст. 99-100 АПК РФ).

3.4. Поправки в Закон об АО

Проведение внеочередного общего собрания акционеров компанией-захватчиком

Все «силовые захваты» сопровождаются проведением компанией-захватчиком общего собрания акционеров и избранием своего совета директоров, который избирает нового генерального директора. По Закону об АО для проведения внеочередного собрания акционеры, владеющие десятью и более процентами голосующих акций, должны направить требование о проведении собрания действующему совету директоров. Совет директоров в течение пяти дней проверяет предложенную акционерами повестку дня на соответствие ее законодательству и назначает дату общего собрания. Совет директоров вправе отказать в проведении собрания, если вопросы повестки дня противоречат закону или менее десяти процентов акционеров представили требование. Акционеры могут обжаловать решение совета директоров об отказе в проведении собрания (включения определенного вопроса в повестку дня собрания) в суде.

На практике совет директоров требования не получает и в проведении собрания не участвует. Компания-захватчик проводит собрание со своей повесткой, нанимает для подсчета голосов стороннего регистратора (как правило, ею же контролируемого). После этого псевдолегитимность собрания подтверждается определениями или решениями судов, о которых компания-цель и ее законный менеджмент не предполагают. Проведение незаконного собрания (с нарушением процедуры) влечет создание двойного менеджмента.

Представляется необходимым внесение в п. 6 ст. 55 Закона об АО поправки, согласно которой общее собрание акционеров, проведенное без согласия совета директоров и в нарушение процедуры созыва, не может иметь юридические последствия, то есть все решения, принятые на нем ничтожны, а органы управления на нем сформированные, не имеют полномочий. Данная норма позволит существенно ослабить позиции «захватчиков» уже на начальном этапе незаконной атаки.

Дополнительно в Законе об АО предлагаем определить, какие действия считаются достаточными для того, чтобы требование о проведении внеочередного собрания акционеров считалось «предъявленным» совету директоров. Полагаем, что квитанции об отправке заказного письма (которую представители компании-захватчика могут приобрести у сотрудников почты) в российских условиях очевидно недостаточно для доказательства «предъявления» требования о проведении собрания совету директоров.

3.5. Поправки в законодательство об исполнительном производстве

В исполнительном производстве реализация акций должна осуществляться только тогда, когда на счетах должника нет средств; при этом должнику должно быть дано право на добровольное исполнение решения суда

В «силовых поглощениях» всегда главная цель компании-захватчика - быстро заполучить контрольный пакет акций предприятия-цели пока первоначальные решения судов не были оспорены владельцем контрольного пакета. Согласно статье 59 Федерального закона № 119-ФЗ от 21 июля 1997 г. «Об исполнительном производстве» судебные приставы имеют возможность выбирать между реализацией акций, принадлежащих должнику, и денежными средствами на депозитных и иных счетах должника. Практика показывает, что судебные приставы во всех «силовых поглощениях» в минимальные сроки реализуют акции компании-захватчику или связанным с ней лицам. Они утруждают себя поездками по России к месторасположению регистратора общества, организуют хлопотные торги; это при том, что денежные средства на счетах должника, как правило, могут с лихвой удовлетворить исковые требования. При этом в нарушение законодательства судебные приставы не предлагают должнику добровольно исполнить решение суда.

По нашему мнению, необходимо изменить ст. 59 указанного закона таким образом, чтобы реализация акций происходила во вторую очередь (при этом приставу ничего не мешает наложить арест на акции на случай нехватки денежных средств для исполнения решения суда). В законе следует предусмотреть нормы, не позволяющие судебному приставу-исполнителю формально относиться к данному требованию – пристав должен проверить все банковские счета общества должника на наличие на его счетах достаточных денежных средств для оплаты присужденных судом денежных сумм.

РФФИ не должен иметь право продавать акции во исполнение решения суда путем комиссионной продажи

Основываясь на существующей негативной практике, нам представляется необходимым ввести запретит для РФФИ и его территориальных отделений осуществлять комиссионную продажу акций, и закрепить обязанность продавать акции по решению судов только на публичных торгах. Необходимо установить в законодательстве правила публичных торгов, предусматривающие прозрачную процедуру их проведения и правильную оценку рыночной стоимости акций.

Предлагаем также запретить РФФИ продавать акции с публичных торгов посреднику, являющемуся номинальным держателям акций. Покупателем должен всегда выступать непосредственный приобретатель акций (будущий собственник). При этом моментом продажи следует считать момент зачисления денежных средств в оплату за акции на счет должника, а не саму передачу акций. В одном из дел контрольные пакеты акций крупнейшего отраслевого холдинга были, как утверждается в прессе, реализованы судебными приставами по впоследствии отмененному абсурдному решению суда через региональное отделение РФФИ. РФФИ реализовал акции компании-захватчику путем их комиссионной продажи. Акции были реализованы менее чем за два дня. Извещение о продаже акций было размещено в сети Интернет. Впоследствии комиссионная продажа акций была признана судом недействительной, так как Фонд должен был продать акции с публичных торгов. Однако акции уже пошли «гулять» по цепочке якобы добросовестных приобретателей.


3.6. Добросовестное приобретение акций и бездокументарная форма ценных бумаг

В России необходимо пересмотреть концепцию добросовестного приобретателя акций, установив ограничения, не позволяющие «захватчикам» использовать данное понятие как щит. Необходимо также дополнить закон несколькими нормами, гарантирующими возврат акций (возможность их истребовать и получить) в бездокументарной форме их законному владельцу. Данные предложения планируем обосновать в самостоятельной статье.

Две России, которые мы знаем

Сегодня в границах Российской Федерации существуют две России. В них один Президент, работает одно Правительство, но при этом действуют совершенно разные законы. Первая Россия - современная, цивилизованная, динамично развивающаяся страна. Россия вторая - пронизанная коррупцией, закрытая, нерыночная. В ее экономике происходят незаконные захваты предприятий и целых отраслей промышленности. Граница между двумя Россиями очень зыбкая и постоянно меняющаяся. В один прекрасный день Вы можете лечь спать в одной России, а проснуться - в другой. Причем независимо от вашего гражданства и от размера вашего бизнеса и национальной принадлежности капитала: русского, американского или европейского. Риск проснуться в другой России прямо пропорционален экономическим успехам вашего бизнеса - чем вы успешнее, тем больше вероятность, что вас попробуют «съесть».

Сегодня Президент и Правительство сделали свой выбор, но им требуется поддержка всего общества и деловой его части в первую очередь, причем не только российского, но и зарубежного. Предложенные нами поправки в законы, в случае их принятия, а также жесткая борьба верховной власти с судебным произволом и коррупцией будут способствовать привлечению инвестиций в российскую экономику и процветанию стабильной России, в которой государство стоит на страже интересов всего общества, защищает слабых от нападок сильных и справедливо разрешает конфликты.

 


Примеры «силовых поглощений» в 2001-2002 годах:
общий обзор

 


Крупный региональный машиностроительный завод
Создание системы двойного менеджмента, использование определений судов общей юрисдикции по искам акционеров для осуществления попытки силового захвата предприятия.


Один из крупнейших в России нефтеперерабатывающих заводов
Создание системы двойного реестра, появление двух составов акционеров и двойного менеджмента.

Ведущее предприятие алюминиевой промышленности
Многочисленные аресты акций и манипуляции с реестром, совершавшиеся на основании сомнительных определений судов, вынесенных в обеспечение исков миноритарных акционеров. Использование силовых методов захвата контроля над предприятием.

Ряд ведущих предприятий целлюлозно-бумажной и лесной промышленности
Попытки создания системы двойного менеджмента и двух советов директоров, попытки захвата предприятия с использованием силовых методов на основании определений различных судов по искам миноритарных акционеров. Попытки создания системы двойного реестра и списания акций со счетов законных владельцев с их последующей продажей якобы «добросовестным» приобретателям.

Крупное московское предприятие пищевой промышленности
Создание системы двойного менеджмента, длительное противостояние противоборствующих сторон с использованием силовых методов и обеспечительных определений различных судов по искам акционеров.

Одно из дочерних предприятий крупной нефтяной компании
Создание системы двойного менеджмента и двух советов директоров, попытки захвата предприятия новой командой менеджеров с использованием силовых методов, на основании определений различных судов по искам миноритарных акционеров.

Ряд ведущих пивоваренных заводов и компаний, производящих безалкогольные напитки
Достижение практически полного паралича деятельности компаний посредством многочисленных определений различных судов, выносимых в обеспечение исков акционеров предприятий. В соответствии с данными определениями менеджменту компаний запрещалось совершать какие-либо действия, на активы компании налагался арест и т.д.

Один из крупнейших в России ликероводочных заводов
Создание системы двойного менеджмента, длительное противостояние противоборствующих сторон с использованием силовых методов и обеспечительных определений различных судов по искам акционеров.


Крупный региональный производитель масложировой продукции.
Изъятие реестра акционеров у регистратора, совершенное с использованием силовых методов, на основании определений судов общей юрисдикции по искам акционеров. Попытка создания системы двойного реестра и двух составов акционеров.

Кто следующий?